Совета проявил себя как прирожденный политик.
О Союзном договоре
– Когда Михаил Ефимович появлялся в моей тогдашней квартире на Рублевке, все наши разговоры так или иначе касались темы повышения статуса нашей республики с автономного до союзного. С этой целью и была принята в 1990 году Декларация о суверенитете.
В Верховном Совете СССР была влиятельная группа во главе с В.Ардзинбой, который вывел Абхазию из состава Грузии. Мы проделали большую работу, чтобы автономии уравняли с союзными республиками. Но после так называемого путча в августе 1991 года Союзный договор, в котором это было прописано, перестал действовать.
Тут надо сказать несколько слов о членах ГКЧП. Все они были из властных структур, собственно, они и были властью, и выдвинутые ими предложения были подходящими для того времени. Но их погубила излишняя мягкость по отношению к Ельцину и его окружению. А Горбачев их подставил. Словом, все там было очень непросто, и чтобы не предавать все это огласке, их потихоньку амнистировали. Только генерал Варенников отказался принять эту амнистию.
Кстати, сейчас никто не вспоминает и о том, что с наших репрессированных в 1930-1940-х годах государственных деятелей обвинения в национализме так и не были сняты – до тех пор, пока за дело не взялся Михаил Ефимович. Он начал добиваться этого до развала СССР, ведя переговоры с Яковлевым -- секретарем КПСС по идеологии. В итоге и вышел соответствующий указ Ельцина.
Об организации госпредприятий
– Как глава республики он предпринимал серьезные попытки остановить денежный поток, утекавший за пределы республики. Это и было причиной создания «Сахабилиибанка» и прочих. Одно время даже средства Пенсионного фонда оставались в республике. Но то, как бесконтрольно их растранжирили, пустив на покупку домов и квартир – отдельная история.
А потом вышла статья за подписью некоего Винокурова, что Николаев-де нарушил Налоговый кодекс, оставив в республике «пенсионные» деньги. Но если копнуть глубже, вырисовывается интересная картина. Сейчас, после пенсионной реформы, произошедшей с подачи заместителя Председателя Правительства Голиковой, миллионы рублей «утекли» мимо тех, кто должен был их получить, многие и вовсе не доживают до пенсии, а пенсионные взносы государство не возвращает. В свете этого я хочу сказать, что Михаил Ефимович хотел внедрить у нас систему, по которой эти «пенсионные» деньги работали бы на развитие республики. Смелый поступок, я считаю.
Ложь о пяти миллиардах
– Грязные слухи живучи, а что хуже всего – они возникают снова и снова. В чем только его не обвиняли, как только не «полоскали» его имя, в том числе в прессе. Мы с Мучиным, теряя терпение после очередной заказной статьи, предлагали Михаилу Ефимовичу обратиться, наконец, в суд, но неизменно получали отказ. В итоге эти сплетни ходят до сих пор. В казнокрадстве его обвинили, когда при конфликте Центрального банка с республикой В.Геращенко заявил о пропаже пяти миллиардов долларов. Но если бы это было правдой, неужели ФСБ не докопалась бы до истины? За примерами далеко ходить не надо – все сейчас видим, как генералы Министерства обороны один за другим оказываются под следствием.
А делать то, в чем его огульно обвиняют, Михаилу Ефимовичу не позволяла натура. Он ведь даже свою золотую свадьбу отметил более чем скромно: из гостей у них дома были я с Виктором Петровичем и его личный водитель. Никто из нас и не знал, что приглашен на такое значимое семейное торжество. «Приезжайте во столько-то», -- и на этом все, больше никакой информации. Пришлось мне потом звонить сыну, отправлять его за цветами для супруги Михаила Ефимовича. Банкеты, шикарные рестораны – это у других. Не у него.
Где вы, наши академики?
– Михаил Ефимович многого ждал от деятелей науки. Организовав Академию наук, он создал для них все условия – вплоть до того, что в доме академиков каждому жильцу был отведен целый этаж. Плюс высокие зарплаты, солидные стипендии. А где результаты? То же касается и работы Академии духовности. Сейчас, когда решается судьба
